Город. Девушка. Платье…

Мы гнали с Мелким по Европе по шесть часов в день, оставляя за собой километры асфальтовых дорог, высоких сосен, напоминавших мне бесконечный штрих-код, рассыпанных по машине крошек и больших надежд.

– Знаешь,   – сказала я любимому, сидя на заднем сидении и второй час играя в шпионов с малышом, – а мне нравится ездить на машине с ребенком.  – Мне не скучно!

Вся суть поведения Мелкого в машине сводилась к попытками любой ценой покинуть автокресло, и стоило только дать ему свободу, ноющая недовольная мордочка озарялась улыбкой, глазела в окно и сушила слезки.

На мне: платье I am с красивейшим переходом от темно-голубого до белого; толстовка из коллекции осень-зима 2013, Levi’s, которую я надела, чтобы не замерзнуть, а заодно уравновесить чересчур женственный образ
На мне: платье I am с красивейшим переходом от темно-голубого до белого; толстовка из коллекции осень-зима 2013, Levi’s, которую я надела, чтобы не замерзнуть, а заодно уравновесить чересчур женственный образ

Я же была довольна просто тем, что ненадолго смогла оставить рутину и быт дома. Нам нравилось менять отели, устраивать пикники по дороге,  болтать в дороге, смотреть, видеть. Мелкому нравилось терять игрушки, заползать в ванные комнаты новых отелей, тайком выкидывать носки, рулить машину во время остановок, смотреться во все зеркала, стоять на границе и глазеть на пограничников, есть молочную пенку от маминого латте, грызть, смотреть и грызть.

Европейские столицы, как и Москва, не могли похвастаться пандусами и ровными дорогами, и каждый день я пела благодарственную оду новой коляске.

Мы перестали пользоваться даже переноской-кенгуру, радуясь тому, как легко наш черный «Макларен» брал бордюры и брусчатку. Мелкий же получил яркие обновки и колесил по Варшаве, а потом Берлину, щедро раздавая улыбки прохожим и радостно выкидывая в воздух предварительно обслюнявленный носок.
Мы перестали пользоваться даже переноской-кенгуру, радуясь тому, как легко наш черный «Макларен» брал бордюры и брусчатку. Мелкий же получил яркие обновки и колесил по Варшаве, а потом Берлину, щедро раздавая улыбки прохожим и радостно выкидывая в воздух предварительно обслюнявленный носок.

Почему в Европе и Америке мне становилось легко на душе и не было место ни тревогам, ни переживаниям? Почему в Москве так сложно было принять самое простое правило жизни: жить сегодня и сейчас? Я старалась брать пример с Мелкого, ему эта философия давалась сама собой.

На мне браслет, удачно дополнивший образ click-boutique
На мне браслет, удачно дополнивший образ click-boutique

В Берлине, накормив ребенка щедрой порцией сливочного бэбикекса и тем самым осводив себя ненадолго от грудного вскармливания, я надела новое голубое платье. Я влюбилась в него, едва дотронувшись до его края в магазине, и назвала его платьем «выходного дня». Длинная застежка молния тянулась вдоль всей спины, что делало абсолютно невозможным кормления грудью в общественных местах, но именно это и иделало его таким желанным – я так давно не носила просто то, что хочу, без оговорок на живот, грудь и пр.

У меня было несколько часов на то, чтобы красиво пройтись по городу, отдохнуть немного от обязанностей и просто почувствовать, как мерзнут колени под тонким шелком, как обращают на меня внимание прохожие и кто-то тянет маленькие любопытные ручки из коляски, чтобы подергать за мамин подол.

Идеалистка в Инстаграмм - @idealistka
Article Tags : , , , ,
Related Posts